Ваш регион:    
  

  
 
 

Именно Сталин как верховный главнокомандующий сделал возможной победу в мае 1945 года над гитлеровским фашизмом.

Да, Сталин сегодня не нравится тем, кому не нравится сам факт нашей победы.

  Б.Г.Соловьев, В.В.Суходеев.
«ПОЛКОВОДЕЦ СТАЛИН»
Как фальсифицируется предыстория войны
Масштаб и объем работы Сталина
Полководческая деятельность Сталина
Цена достигнутой Победы
Великий политик и государственный деятель
Сталин в оценке современников
ОТ АВТОРОВ
БИБЛИОГРАФИЯ
  ВАЖНЫЕ СТАТЬИ
Великая Победа Великого Народа под руководством Великого Вождя
Кто выиграл войну - Сталин или народ?
Юрий Крупнов .
Весь мир должен благодарить Сталина
Анатолий Вассерман .
Почему Запад вытесняет из сознания правду о Второй мировой войне
Победа не отделима от Сталина, как и Сталин не отделим от победы. Почему Запад вытесняет из сознания правду о Сталине? Потому что Западу нужно вытеснить из сознания правду о Второй мировой войне.
Ханнес ХOФБАУЭР .
Верховный Главнокомандующий И. В. Сталин
Маршал А.Е. Голованов .
Генералиссимус
Маршал Дмитрий Язов .
Сталин и война
Владимир Михайлов .
Сталин и Победа
Егор Холмогоров .
Сталин и Красная Армия
Клим Ворошилов .
Полководец Сталин
За что сражались наши деды
9 мая в Риге: Разговор с ветеранами.
  ПАКТ МОЛОТОВА-РИББЕНТРОПА
Игорь Коротченко: «Предвоенная политика Сталина была абсолютно адекватной и грамотной»
Читаем английские секретные документы: посол Великобритании в СССР - о пакте Молотова-Риббентропа
Предвоенная дипломатическая победа Сталина
Александр Самсонов .
Горячее лето 1939 года
Юрий Рубцов .
Надо ли стыдиться пакта Молотова-Риббентропа
Игорь Пыхалов .
Вячеслав Никонов: «Молотов никогда не сожалел, что подписал этот пакт»
Константин Сивков: «Этот пакт в тех условиях был необходим»
Леонид Ивашов: «Целью СССР было отсрочить нападение Гитлера»
Игорь Фроянов: «Пакт Молотова-Риббентропа стал большим достижением сталинской дипломатии»
Были ли секретные протоколы к Пакту Молотова-Риббентропа?
Олег Козинкин .
Вторая мировая: что не может уяснить Запад
Сталья генерала армии, доктора военных и доктора исторических наук, президента Академии военных наук РФ Махмута ГАРЕЕВА.
  РАЗОБЛАЧЕНИЕ ЛЖИ
Про "Бессмысленные атаки"
Воевали ли солдаты за Сталина: Свидетельства ветеранов
Воевали ли солдаты "за Сталина"? Фотографии скажут лучше слов
Кто выиграл войну - Сталин или народ?
Юрий Крупнов .
Ложь о потерях Красной Армии
«Военная Литература» Исследования
Конец сказки о заградотрядах
Мифы о штрафниках
Арсен Мартиросян .
Правда о штрафниках
Андрей Кузнецов .
Ложь в телесериалах
«Штрафбат». Снова плевок в душу
О приказе №270
Михаил Валентинов .
  ОРУЖИЕ ПОБЕДЫ
Самый лучший танк в мире
Георгий Геращенко .
О танке Т-34, пушке ЗИС-2, "Катюше" и товарище Сталине
Олег Козинкин
Олег Козинкин .
ИС-2 - танк имени Сталина
Ил-2 Летающий танк
  ОПРОС
Хотите ли Вы вернуть имя городу Сталинграду?
Да
Нет
  КНИГИ
История второй мировой войны. 1939 - 1945
Это академическое издание наиболее полно освещает события Второй мировой войны: Зарождение причин войны, развитие кризиса, попытки умиротворения агрессоров и наконец боевые действия вплоть до капитуляции "стран оси" - все это очень подробно изложено в 12-ти томах.
Что мы знаем и чего мы не знаем о Великой Отечественной войне (Ю. В. Скороход)
ПОЛКОВОДЕЦ СТАЛИН (Б.Г. Соловьев, В.В. Суходеев)
Книга "Полководец Сталин" посвящена одному из самых фальсифи- цируемых и по разным причинам мало исследованных вопросов, а имен- но -- деятельности и роли И.В.Сталина в годы Великой Отечественной войны.
Записки командующего фронтом (И. Конев)
Историко-мемуарный труд о важнейших стратегических операциях Степного (2-го Украинского) и 1-го Украинского фронтов в период 1943-1944 годов.
Накануне (Н. Кузнецов)
Описывается период перед Великой Отечественной войной.
Техника Великой Отечественной
Материалы советской научной периодики. Интересные сведения о танках, самолётах, противовоздушной обороне Москвы, ледовой «Дороге жизни» и другое.
Наши удары по врагу. Разгром немецких войск под Москвой
В настоящей брошюре собраны материалы центральных газет, освещающие победу войск Красной Армии под Москвой в первой половине декабря 1941 года.
Непокорённый Ленинград
Эта книга знакомит читателя с различными сторонами жизни и борьбы ленинградцев за свой город — формированием народного ополчения, громадной работой по укреплению обороны города, героизмом советских воинов, помощью страны Ленинграду, трудовым подвигом рабочих, инженеров, медицинских работников, деятелей науки и культуры.
Рокоссовский (В. Кардашов)
Интереснейшая книга о самом прославленном полководце Великой Отечественной войны.
Генеральный штаб в годы войны (С. Штеменко)
Ценные мемуары начальника Оперативного управления Генштаба.
За Волгой земли для нас не было. Записки снайпера (В. Зайцев)
Книга знаменитого снайпера-героя об обороне Сталинграда и снайперском искусстве.
Момент истины (В августе сорок четвёртого) (В. Богомолов)
Известный роман писателя-фронтовика.
Солдатский долг (К. Рокоссовский)
Свои воспоминания Маршал Советского Союза К. К. Рокоссовский начинает с предвоенных лет и завершает главами о разгроме фашистской Германии. В книге рассказывается о том, как планировались и осуществлялись операции огромного масштаба, как складывались взаимоотношения между Ставкой и фронтом.
ВЕЛИКАЯ ВОЙНА. УРОКИ ПРОШЛОГО (Андрей Борцов)
Генерал-Кинжал (Ф.И. Чуев)
Книга о наиболее прославленном полководце Второй Мировой войны Константине Константиновиче Рокоссовском
Подпольный обком действует (А. Федоров)
Книга воспоминаний командира партизанского отряда имени Сталина, дважды героя Советского Союза А. Федорова рассказывает нам о роли коммунистической партии в организации партизанского движения и сопротивления, о том как подпольщики и партизаны Черниговщины и Волыни боролись за свободу и независимость нашей Родины.
Сталин и заговорщики сорок первого года (В.П. Мещеряков)
Последняя редакция известной работы автора.
Как нарком Кузнецов готовил флота к сражениям (В.П. Мещеряков)
Новая редакция, кроме дополнений по главам, имеет 4-ю главу, в которой отражен важнейший эпизод по Сталину.
ИЗ ДНЕВНИКА ПАРТИЗАНСКИХ ПОХОДОВ (С.А.КОВПАК)
Воспоминания дважды Героя Советского Союза, командира 1-й Украинской партизанской дивизии, генерал-майора Сидора Артемьевича Ковпака.
Краснознаменный Тихоокеанский Флот
Горячее лето 1939 года

Шедшие с весны 1939 г. британо-франко-советские переговоры о создании политического и военного союза, который поставил бы эффективный заслон гитлеровской экспансии, к середине лета выдохлись. Лондон и во многом шедший в его кильватере Париж маневрировали, рассчитывая не столько достичь соглашения с Москвой, сколько перспективой его достижения припугнуть Гитлера. Другими словами, западные демократии, представители которых сегодня обвиняют СССР в равной с фашистской Германией ответственности за развязывание Второй мировой войны, осуществляли самоубийственный курс Мюнхена сентября 1938 г. (хотя и несколько трансформированный) на «умиротворение» агрессора и переключение его внимания с западного направления на восточное.

Хорошо понимая, что даже если удастся достичь политических договоренностей, то без военной конвенции они останутся декларативными, советское руководство 25 июля предложило провести в Москве переговоры военных делегаций. Согласие было получено, но и в этом случае правительства Великобритании и Франции не торопились. Достаточно сказать, что британская миссия не нашла более подходящего транспортного средства, чем тихоходный товаро-пассажирский пароход «Сити оф Эксетер», прибывший в Ленинград только 10 августа. До начала Второй мировой войны оставалось три недели...

Переговоры военных миссий длились с 12 по 21 августа. Со стороны СССР их вели высокие должностные лица, обладавшие необходимыми полномочиями и компетенцией – начальник Генерального штаба РККА Б.М. Шапошников, нарком Военно-Морского Флота Н.Г. Кузнецов, начальник Военно-Воздушных Сил А.Д. Лактионов и заместитель начальника Генштаба И.В. Смородинов. Миссию возглавлял нарком обороны Маршал Советского Союза К.Е. Ворошилов. Делегация получила от Политбюро ЦК ВКП(б) полномочия на подписание с Великобританией и Францией полномасштабной военной конвенции, направленной против гитлеровской агрессии.

Инструкция Ворошилову была разработана лично И.В. Сталиным. Главе советской миссии предписывалось сразу же выявить степень серьезности, на которую настроены партнеры по переговорам, выяснить, имеются ли у них необходимые полномочия на подписание военной конвенции с СССР, располагают ли они конкретным планом обороны против агрессии при тех или иных вариантах развития событий. Было определено и ключевое звено, без которого Кремль считал соглашение невозможным, а именно – обеспечение свободного пропуска войск Красной Армии через территорию Польши и Румынии к германской территории. Без выполнения этого условия, резюмировала сталинская инструкция, «оборона против агрессии в любом ее варианте обречена на провал».

В отличие от советских переговорщиков, миссии Лондона (глава миссии – адъютант короля, отставной адмирал Р. Дракс) и Парижа (член военного совета генерал Ж. Думенк) состояли из второстепенных лиц и не имели необходимых полномочий на подписание военного соглашения.

Дракс первоначально не был уполномочен даже на ведение переговоров. И это не было случайной технической накладкой: Форин офис в специальной инструкции предписывал своему представителю втянуться в переговоры единственно с целью давления на Германию, военные планы обсуждать «на чисто гипотетической основе», ибо «британское правительство не желает принимать на себя какие-либо конкретные обязательства, которые могли бы нам связать руки при любых обстоятельствах».

Отставной адмирал, затягивая переговоры, не гнушался самой настоящей комедии. Он заявил, что мог бы быстро представить надлежащие полномочия, если перенести переговоры в Лондон. Под общий смех кто-то резонно заметил, что куда проще доставить документы в Москву, чем перемещать делегации на Британские острова. В конце концов, необходимый для ведения переговоров документ Драксом был получен, однако полномочий на подписание военной конвенции он не предусматривал.

Инструкция французской делегации, утвержденная премьером Э. Даладье 24 июля, также показывает, что от Советского Союза ждали лишь подчиненную британо-французским интересам роль одностороннего поставщика живой силы и техники. «Необходимо, – ориентировал своих посланников Париж, – чтобы русские взяли на себя обязательства в случае войны ничего не предпринимать против Польши, Румынии, Турции и даже оказать им помощь, если наши союзники об этом попросят, и обезопасить, когда они обратятся с просьбой, их коммуникации и усилить их авиацию. Большего с русских не спрашивать».

В таком же духе была выдержана и согласованная позиция двух стран, сформулированная на франко-британских переговорах, которые состоялись перед началом переговоров в Москве: «Вовлечь Россию в действия на второстепенных направлениях».

Понимая, как дорого время, Ворошилов предложил не терять времени на ожидание полномочий для британской делегации и приступить к обмену мнениями по существу. Представители СССР вышли на разговор не с пустыми руками. Генеральным штабом Красной Армии были заранее разработаны «Соображения по переговорам с Англией и Францией», включавшие несколько вариантов возможного развития военных событий и участия в них РККА совместно с вооруженными силами Великобритании, Франции и их союзников.

«Наш проект плана развертывания армии для оказания помощи западным союзникам… – свидетельствовал один из его разработчиков, заместитель начальника Генштаба РККА будущий Маршал Советского Союза М.В. Захаров, – создавался не "на песке" и не против "ветряных мельниц", а на основе точных расчетов, имевших глубокую научную базу, являвшуюся плодом многолетнего кропотливого труда большого числа ответственных работников Генерального штаба».

Первый вариант прогнозируемого генштабистами развития событий предусматривал порядок совместных действий в случае нападения агрессора непосредственно на Францию и Великобританию; второй – когда объектом нападения становилась Польша; третий – когда Венгрия и Болгария при помощи главного агрессора совершали нападение на Румынию; четвертый – когда агрессия была направлена против Турции; пятый – когда агрессия через территорию прибалтийских стран была нацелена против СССР.

В документе содержались детальные предложения о действиях сухопутных войск, авиации и флотов трех государств, о количестве дивизий, оснащенности боевой техникой и другими средствами вооруженной борьбы. При всех вариантах считалось необходимым нанести основной удар по силам главного агрессора, т. е. Германии, и обеспечить участие в военных действиях Польши как союзника Великобритании и Франции, при этом от нее требовалось выставить не менее 40 дивизий. Варшава должна была также взять на себя обязательство пропустить советские войска к северу от Минска через Виленский коридор и через Литву к границам Восточной Пруссии. Румыния при нападении на нее должна была пропустить советские войска навстречу противнику через Галицию. Имелось в виду, что переговоры с Польшей, Румынией и Литвой по этому вопросу возьмут на себя Лондон и Париж.

Со своей стороны Советский Союз, как сообщил начальник Генерального штаба РККА Шапошников, для отражения агрессии в Европе был готов выставить 120 пехотных и 16 кавалерийских дивизий, 9–10 тыс. танков, более 5 тыс. орудий только крупного калибра, 5,5 тыс. самолетов.

По мнению советской стороны, военная конвенция должна была зафиксировать конкретные военные планы союзников, точное количество выделяемых дивизий, морских эскадр, а также танков, самолетов, артиллерийских орудий, боевых кораблей.

Более искренними оказались французы. Как сообщил генерал Думенк, они располагали 110 дивизиями, 4 тыс. танков, 3 тыс. орудий крупного калибра, около 2 тыс. самолетов.

Англичане не раскрыли весь состав своих сил, заявив лишь, что в случае войны они в состоянии направить на континент 6 дивизий, спешно сформировать 9, а позднее привести в готовность к отправке еще 16. Правда, конкретные сроки отправки не назывались. Британская авиация насчитывала 3 тыс. различных самолетов, но все ли они будут задействованы, оставалось неясным.

Неискренность позиций западных партнеров, их стремление лишь тянуть время, шантажируя Гитлера, а не добиваться реального создания барьера для германской агрессии, привели к тому, что переговоры в Москве сразу же пошли со скрипом. Советская делегация, учитывая лавинообразное нарастание событий в Европе, предлагала заседать каждый день и столько, сколько требуется, вопросы обсуждать по существу. Но в таком режиме наши партнеры трудиться не привыкли. Характерная деталь: заседания шли всего по четыре часа в день, подчас переносились. Западные делегации бесконечно выносили на обсуждение беспредметные и ни к чему не обязывающие «общие цели» и «общие принципы» военного сотрудничества, которые в лучшем случае годились для какой-то абстрактной декларации, а не для конкретного плана быстрых и эффективных действий.

Основное препятствие возникло при обсуждении вопроса о пропуске советских войск в случае начала германской агрессии через польскую и румынскую территории, что было необходимо для организации эффективной защиты не только советских границ, но также Польши и Румынии. Западные участники правильно поняли, что именно может стать причиной срыва переговоров, как только маршал Ворошилов предложил им разъяснить, готовы ли они оказать необходимое воздействие на своих союзников в вопросе обеспечения пропуска войск Красной Армии.

В своих внутренних документах они прямо говорили о необходимости предоставления русским союзникам всех возможных средств для оказания помощи, с тем чтобы использовать максимум сил СССР на стороне антифашистских государств. Так, в докладе подкомиссии английского Комитета начальников штабов, представленном кабинету министров 17 августа 1939 г., содержалась рекомендация следующего характера: «Заключение договора с Россией представляется нам лучшим средством предотвращения войны. Успешное заключение этого договора будет, без сомнения, поставлено под угрозу, если выдвинутые русскими предложения о сотрудничестве с Польшей и Румынией будут отклонены этими странами... Мы хотели бы подчеркнуть, что, с нашей точки зрения, в случае необходимости должно быть оказано сильнейшее давление на Польшу и Румынию, с тем, чтобы они заранее дали согласие на использование русскими силами территории в случае нападения Германии».

Генерал Думенк и посол Э. Наджияр также оценили условие советской делегации как обоснованное. В телеграмме, направленной 15 августа в Париж, Наджияр писал: «По мнению генерала Думенка, то, что предлагают русские в целях выполнения обязательств по политическому договору, соответствует интересам нашей безопасности и безопасности самой Польши... Нам предлагают точно определенную помощь на Востоке и не выдвигают каких-либо дополнительных требований о помощи с Запада. Но советская делегация предупреждает, что Польша своей негативной позицией делает невозможным создание фронта сопротивления с участием русских сил». 20 августа Наджияр послал новую телеграмму с тревожным предупреждением: если Польша не изменит позицию, провал переговоров станет неизбежным.

Итак, суть «кардинального вопроса», от решения которого зависело быть или не быть военной конвенции трех стран, была ясна и Лондону, и Парижу. Но в практическую плоскость его решение по-настоящему так и не поставили.

Советское руководство наблюдало за этим с возрастающей тревогой. В считанные дни ему предстояло оценить, реальна ли возможность заключения с западными демократиями военной конвенции, и не опоздает ли СССР с поисками иного партнера, чтобы отвести непосредственную угрозу войны от своих границ.

Участник московских переговоров адмирал Кузнецов вспоминал: «Глава советской миссии имел обыкновение после вечерних совещаний сразу докладывать обо всем И.В. Сталину. Раза два-три на этих докладах присутствовали маршал Шапошников и я. Сталин выслушивал сообщения о результатах первых заседаний, рекомендовал продолжать выяснять действительную позицию Англии и Франции. Помнится, он особенно интересовался настроением наших коллег и тем, насколько искренни их желания заключить тройственный союз… К сожалению, чем дальше в лес... – тем меньше оставалось шансов на успех».

20 августа переговоры достигли своей кульминации. В этот день адмирал Дракс сообщил Ворошилову, что ответ из Лондона на «кардинальный вопрос» он не получил, и предложил вернуться к нему на заседании 23 августа. Такая неторопливость носила просто издевательский характер, ведь счет шел уже не на дни, а на часы.

Французы действовали несколько более активно, и это легко объяснимо: германская агрессия в первую очередь угрожала им. Однако самостоятельность внешней политики Парижа была под большим сомнением, там излишне доверялись Лондону. Так или иначе, предпринятая попытка оказать на Польшу давление успеха не имела.

21 августа состоялось два заседания. Не получив ответа на «кардинальный вопрос», Ворошилов во второй половине дня сделал письменное заявление о перерыве в переговорах. «Подобно тому, – говорилось в заявлении, – как английские и американские войска в прошлой мировой войне не могли бы принять участия в военном сотрудничестве с вооруженными силами Франции, если бы не имели возможности оперировать на территории Франции, так и Советские Вооруженные Силы не могут принять участия в военном сотрудничестве с вооруженными силами Англии и Франции, если они не будут пропущены на территорию Польши и Румынии. Это военная аксиома».

22 августа Думенк заявил советской делегации, что он получил от своего правительства положительный ответ на «основной кардинальный вопрос» и полномочия подписать военную конвенцию. Однако есть ли согласие со стороны Лондона, Варшавы и Бухареста, он сообщить ничего не мог. Готовность Франции подписать военную конвенцию «в последний час» при маневрах Великобритании, рассматривавшей контакты с Советским Союзом как прикрытие собственных секретных переговоров с Германией, и при самоубийственной близорукости Польши ничего не давала.

Таким образом, к исходу лета 1939 года подписание Советским Союзом военной конвенции с Англией и Францией было западными державами сорвано. И.В. Сталин, дав вечером 21 августа согласие на прибытие в Москву И. Риббентропа, сделал выбор в пользу переговоров с Германией.

Естественен вопрос: насколько эффективным мог оказаться военный союз Лондона, Парижа и Москвы, если бы западные демократии и находившиеся в сфере их влияния страны-лимитрофы проявили подлинную заинтересованность в создании системы коллективного отпора фашистской опасности?

Факты свидетельствуют, что при доброй воле всех прямых и косвенных участников московских переговоров гитлеровской агрессии был бы поставлен надежный заслон. Вооруженные силы трех стран в совокупности имели 311 дивизий, 11,7 тыс. самолетов, 15,4 тыс. танков, 9,6 тыс. тяжелых артиллерийских орудий. Блок Германии и Италии располагал вдвое меньшими силами: 168 дивизий, 7,7 тыс. самолетов, 8,4 тыс. танков, 4,4 тыс. тяжелых орудий.

Как показали последующие события, провал московских переговоров явился тем рубежом, после которого предотвратить нападение Германии на Польшу и Вторую мировую войну уже было невозможно. Неудача с формированием единого антифашистского фронта в Европе вынудила советское руководство, поставленное перед перспективой оказаться в международной изоляции, пойти на подписание пакта о ненападении с фашистской Германией.


Юрий Рубцов

© 2017 Проект "Правда о Сталине", all rights reserved
О проекте,Пользовательское соглашение,Ссылки, О разработке сайта, Обратная связь,Объявления
Сталин-Главная,Личность Сталина,Правда о репрессиях,Коллективизация, Экономический подъем,Вторая мировая,Сталин и церковь,Разоблачение лжи,Библиотека

Сайт построен на базе системы управления контентом разработанной: ООО «Кибер Технологии». Яндекс.Метрика